Туристический тамбов
АВТОРСКИЕ КОЛОНКИ
Любовь и ненависть в белом халате 10.11.2014

Любовь и ненависть в белом халате

В Москве взбунтовались медики. Ходят многотысячные акции протеста, в социальных сетях кипят бурные дискуссии, журналисты в очных и заочных дебатах ожесточенно скрещивают копья с чиновниками под лозунгом: «Всё пропало, российская медицина погибла!»

Честно признаюсь: читать все это занимательно, но за душу не трогает и сочувствия не вызывает, хотя, казалось бы, от крушения (как это оценивают протестующие) отечественной медицины пострадают все – и врачи, и пациенты.

И вот почему я не сочувствую всем этим бурным акциям протеста московских медиков – узок их круг, и страшно далеки они от народа, как говаривал вождь мирового пролетариата (правда, совсем по другому поводу).

Во-первых, волна оптимизации и сокращения медицинских учреждений уже давно прокатилась по всей Руси великой, что не вызвало никакого шевеления гражданских чувств ни в медицинском сообществе передовой российской столицы, ни у озабоченной общественности. Ну, что ж – теперь просто и Москва будет жить по тем правилам, по которым давно живет вся остальная страна.

Во-вторых, лично я считаю, что сами медики сделали все возможное для того, чтобы ситуация развивалась именно по такому сценарию. И в поисках виновных перед выходом на любую акцию протеста надо просто подойти к зеркалу и проникновенно заглянуть в собственные грустные глаза.

Романтично воспетые в стихах и прозе «люди в белых халатах» – одна из самых закрытых, пассивных и монолитных корпоративных каст в России. В противостоянии пациента и врача у нас практически всегда проигрывает пациент.

По пальцам можно пересчитать выигранные пациентами судебные процессы, хотя вряд ли кто-то будет спорить с ужасающе низким уровнем профессионализма медиков. За такие процессы весьма неохотно берутся юристы, затраты истцов-пациентов на судебные тяжбы на порядок превышают полученные мизерные компенсации и, конечно же, не возвращают загубленное здоровье.

И самое главное – медицинское сообщество, как правило, железным сплоченным фронтом выступает в защиту своего коллеги вне зависимости от его реальной вины. А это означает, например, что очень сложно найти квалифицированных и независимых медицинских экспертов. Но даже в случае подтверждения вины медиков они, как правило, отделываются легким испугом.

Вот, скажем, одна из грустных историй с сайта тамбовского губернатора. В Петровскую районную больницу «скорая помощь» доставила в тяжелом состоянии женщину, инвалида 1 группы после 3-х инсультов. Врачи оказали первую помощь, но, не имея возможностей для оказания полноценной помощи (спасибо оптимизации!), направили на «скорой» женщину в Мичуринскую районную больницу, где есть реанимация для таких тяжелых больных. Но оттуда ее – правильно! – отправили обратно. Всю ночь в Петровской районной больнице подручными средствами пытались женщину спасти, к утру ей стало хуже, и ее – правильно! – вновь отправили в Мичуринск. Там констатировали, что привезли слишком поздно.

Проведенная проверка показала, что (цитирую): «был нарушен алгоритм оказания медицинской помощи больным с острыми сердечно-сосудистыми заболеваниями». Иными словами, были признана вина медиков. А вот страшное наказание на муки и смерть человека – «дисциплинарное взыскание».

Но суды – это уж совсем крайний случай. Наш человек терпелив до опупения, отправляясь в суд только в случае смерти или тяжелого увечья близкого человека. Но вот какой очень простой вопрос, думается, должны задать себе отечественные медики: почему тихий и терпеливый российский обыватель обычно терпит до самой крайности, прежде чем отправиться к врачу? Он что, полный придурок? Но даже придурок хочет жить, а не умереть в муках от болячки, которую давно и успешно лечат.

Несколько лет назад у тамбовских чиновников было модно с пафосом рассказывать, представляя многочисленные целевые программы, о том, что главный человек в школе – это ученик, а в медицинском учреждении – пациент.

Предполагаю, что сами чиновники, возможно, посещают какие-то другие медицинские учреждения. В тех, где бываю лично я, все процессы заточены под удобство отнюдь не пациентов. Очень часто на пути к вожделенному доктору приходится проходить через унижения, скандалы, неразбериху и гипертонические кризы.

Простейший пример из личного опыта. Длинная очередь в кабинет специалиста в областной поликлинике. В очереди одна из женщин тихо утирает слезы. В чем дело? Это социальный работник, привезла из района на прием свою подопечную – инвалида детства. Поскольку на весь их район нет ни одного специалиста такого профиля, их направили для консультации в Тамбов. Все чин по чину – заранее сдали анализы, получили квоту, ждали своей очереди около месяца, приехали на полчасика пораньше указанного в талоне времени.

И что? Талончик был на 14.00, доктор к этому моменту не принял еще даже пациентов с талончиками на 12.00, хотя у его кабинета эта пара отсидела уже более часа. К тому же из кабинета вышла медсестра и объявила, что у доктора – не предусмотренный никаким графиком приема перерыв на обед: «Что же мы, не люди, что ли? Нам тоже покушать надо!» Толпа нервно выдохнула, а соцработник из района заплакала.

Дело в том, что инвалида на прием к доктору из района можно привезти только на такси. Полтыщи – туда, полтыщи – обратно. И полтыщи – за каждый час ожидания. К началу обеда доктора на счетчике набежало уже больше двух тысяч, а к тому времени, как пациент все же попала в кабинет к врачу – почти четыре тысячи.

И ведь доктор-то действительно очень хороший. И пообедать ему действительно надо – тоже ж человек.

Кто должен отрегулировать этот процесс: чтобы доктор мог пообедать без ущерба для пациентов; чтобы прием шел в соответствии с выданными талонами и указанным в них временем; чтобы не собиралась толпа у кабинета врача, а уж если собралась, чтобы больные люди не стояли часами, подпирая стеночку из последних сил, а могли бы присесть?

Это все должны регулировать ради интересов и удобства пациентов отнюдь не чиновники из правительства, а сами медики внутри конкретного медучреждения. И это никак не связано с оптимизацией и реформированием, а с обычным выполнением простейших служебных обязанностей.

Ну, а лично я начну сочувствовать и сопереживать акциям протеста российских медиков, когда в медучреждениях появятся общие туалеты для врачей и пациентов. Пока же врачи (по крайней мере, в медучрежлениях, где лично мне приходилось бывать) свято берегут свои унитазы от осквернения пришлыми пациентами.

Галина ЮДАХИНА


Добавляя комментарий, вы подтверждаете, что ознакомились и согласны с правилами его размещения

Возврат к списку