Появятся ли в Тамбове новые памятники? Какие задумки есть и что могут предложить скульпторы? Почему возникают трудности с установкой? На эти и другие вопросы отвечает известный скульптор, создатель памятника «Тамбовский мужик», памятника студенту «Привет, Андрей!» и других монументальных работ Виктор Остриков. " /> Остриков - НА ЛИНИИ!
Туристический тамбов
ГОСТЬ НА ЛИНИИ
Остриков - НА ЛИНИИ! 16.12.2013

Остриков - НА ЛИНИИ!


Вопрос: Виктор Сергеевич, Вы с детства мечтали стать скульптором, или тяга к творчеству пришла к Вам не сразу, с возрастом?
Виктор Сергеевич Остриков: Нет, именно с детства. Помню, как ребенком я лепил из пластилина, желудей и спичек солдатиков, домики, различные фигурки. Игрушек тогда совсем не было, и я их делал сам. Вообще очень любил что-нибудь мастерить. Занимался в Доме пионеров, но нужно было покупать ватман и карандаши, мы жили бедно, и у мамы не было денег на бумагу. И меня просто перестали пускать на занятия. Тогда я, оставшись один, брал книги, вырезал первые, плотные чистые листы, склеивал их, и на них рисовал. У моего племянника до сих пор хранятся некоторые эти ранние рисунки. До четвертого класса я молча завидовал тем, кто может много рисовать, у кого есть бумага. Но к пятому классу меня друг заметили, и я неожиданно стал лучшим художником в школе, мои рисунки появились в классах, и я получил возможность развиваться.

Перед армией я работал на заводе. Когда умерла мама, на похороны пришел друг моего отца, начальник отдела кадров завода. Он увидел на стенах мои рисунки и сказал: «Тебе не платы нужно клепать, а художником работать!» Так я и проработал полтора года художником на заводе, этот опыт мне очень помог. Но всегда стремился к скульптуре. Она быстро стала моей главной страстью. Помню, как часами лепил, сидя один в тишине, не замечая времени; приходили друзья и попросту тащили меня гулять. А я сопротивлялся. По дороге убегал, возвращался к себе и лепил дальше. Ребята вновь возвращались за мной, отбирали у меня работу, иногда даже мяли мою скульптуру и снова тянули за собой на танцы.

Затем в армии раскрашивал боевые листы и был премирован как один из лучших художников Северного флота. Благодаря этому появилась возможность участвовать в фестивале искусств в Мурманске. Стал победителем, вручили транзисторный приемник, что по тем временам было настоящей роскошью. После армии окончил скульптурное отделение Ленинградского художественного училища имени Серова.

Остриков за работой
Вопрос: Ваши памятники есть только в Тамбове?
Виктор Сергеевич Остриков: Я родился и до 1980 года жил в Казахстане в городе Уральске. Там был установлен бюст Ленину моей работы, памятник «двадцатипятитысячникам» – тем, кто поднимал колхозы, а также бюст Г.К. Жукову. Было и еще что-то, теперь не помню уже, и даже не знаю, многое ли сохранилось: я давно не был в Уральске.

Вопрос: Как получилось, что Вы попали в Тамбов?
Виктор Сергеевич Остриков: Моя жена родом из Тамбова, и в то время она училась в Уральске. Так свела нас судьба, и мы переехали в 1980 году. В советские времена в Тамбове я создал скульптура Ленина, которая стояла у «Автодора», вместе с К.Я. Малофеевым оформлял здание Филармонии. Кстати, было интересное панно в несуществующем ныне ресторане «Центральный» – фигурки Адама и Евы. Изначально они, как и полагается, были обнаженными, но когда на мою работу обратил внимание комсомольский совет, то приказали «одеть» Адама в брюки, а Еву в платье… И, в общем-то, как скульптор я почувствовал настоящую внутреннюю свободу, зрелость, творческую активность только с 2000-х годов. В последнее время много работаю, созданы интересные эскизы, но все они пока, к сожалению, не воплощены.

Один из памятников
Вопрос: Почему?
Виктор Сергеевич Остриков: В большинстве случаев объяснение простое: на памятники нет средств. Однако периодически в Тамбове появляются новые памятники, но почему-то их заказывают в других городах, не обращаясь к местным скульпторам. А идей по-настоящему много. Есть эскиз памятника В.И. Агапкину и И.А. Шатрову. Эту скульптурную композицию можно установить на вокзальной площади Тамбова и назвать «Площадь двух офицеров». «Прощание славянки» - ведь это второй гимн нашей страны, и будет здорово, если именно памятники двум великим композиторам будут встречать гостей города, и те, кто впервые приедут в Тамбов, узнают, с какими великими именами связан наш край. Здесь же можно будет проводить праздники музыки. Если нет возможности установить на вокзальной площади, то, может быть, увековечить известных композиторов в новых микрорайонах на севере Тамбова. Однако пока получается, что и в этих микрорайонах нет места ни скверам, ни памятникам. Северные микрорайоны – настоящие катакомбы. И люди, к сожалению, привыкают жить в катакомбах…

Памятник работы Острикова
Вопрос: У Вас также есть эскиз памятника основателю Тамбова воеводе Р.Ф. Боборыкину, который можно было бы установить на северном въезде в город?
Виктор Сергеевич Остриков: Да, это конная композиция, которая, предполагается, будет встречать гостей Тамбова на въезде в город. Воевода стоит на возвышенности, и будто осматривает бескрайнее поле, он застыл и остался навсегда в своем неспокойном, тревожном времени. Застыл напоминанием о городе-крепости и первых жителях Тамбова, которые оберегали рубежи государства.

Есть и другие работы, которые пока не реализованы. Например, «Золотая картошка» - это бронзовый памятник тамбовской женщине. Возможно, что в будущем году к новой Покровской ярмарке он появится на Набережной, рядом с ним будут традиционно варить в котлах картофель. Есть еще любопытная жанровая композиция: «Доярка и корова». Этот памятник должен был быть установлен в селе Стрельцы рядом с молокозаводом, но в результате так и не нашлось средств. Создан эскиз памятника Б.Н. Чичерину, и он предполагается к установке рядом с домом-музеем, но вопрос его установки по-прежнему открыт. Готов эскиз памятника С.В.Рахманинову: великий композитор сидит на скамейке, широко раскинув руки. Он будто смотрит в любимые, ставшие вечными для него тамбовские просторы. Хотелось бы увидеть этот памятник в с. Ивановка рядом с домом-музеем.

Отдельного рассказа стоит скульптура известному артисту, реформатору русской провинциальной сцены Н.Х. Рыбакову. Готов и давно утвержден проект: памятник должен быть установлен в сквере рядом с гостиницей «Театральная». Позади артиста расположится арка, будто Николай Хрисанфович выходит со сцены, а позади – два кресла, актера и актрисы. На кресле актера – шляпа, на кресле актрисы – легкая накидка и шляпка с пером. Памятник может стать новой достопримечательностью Тамбова, а на креслах актера и актрисы смогут фотографироваться молодожены. Каждый год я жду решения, но в конечном итоге памятник так и не может занять свое место. Вопрос выносился на обсуждение неоднократно, председатель Союза театральных деятелей России давно утвердил макет, но пока нет никакого движения.

К сожалению, время уходит, и оно давно работает не на меня. Устают руки, подводит здоровье, а хочется сделать как можно больше, больше оставить для Тамбовщины. Я часто говорю об этом меценатам, прошу помощи. Я готов добавить имена предпринимателей в авторство, запечатлеть на скульптурах. Ведь никто не знает, кем мы останемся в памяти потомков, запомнят ли нас. И, может быть, в будущем правнук какого-нибудь предпринимателя, который помог с установкой скульптуры, затем скажет с гордостью, что эта работа есть только благодаря моему предку. Очень, очень хочется, чтобы возродилось меценатство…

Работа над памятником
Вопрос: Виктор Сергеевич, существует мнение, что Ваш памятник «Тамбовский мужик» посвящен «жертвам большевистских репрессий». Как Вы относитесь к такой формулировке?
Виктор Сергеевич Остриков: Когда я получил задание от губернатора О.И. Бетина создать памятник тамбовскому крестьянину, я об этом совсем не думал. Тамбовщина связана с черноземом, это наш символ, наша святыня. И я решил, что на земле крестьянин должен стоять обязательно босиком, крепкими, истоптанными ногами, чувствовать почву, ее тепло, дыхание. Но русского крестьянина нельзя поставить без веры, он рассчитывал только на помощь Бога и свои силы; нельзя представить его без золотых куполов, он обязательно должен смотреть на церковь. Поэтому место установки не было выбрано случайно. И только потом, когда уже памятник был создан, ко мне подходили пожилые люди со слезами и благодарили.

Когда было открытие памятника, больше всего запомнилось, как плакали люди. Очевидец событий двадцатых годов рассказывал, как на этом самом месте, где сегодня стоит «Тамбовский мужик», был пересылочный лагерь, огороженный, с заколоченными окнами, и как он мальчишкой пробирался по высокой траве, чтобы понять, кто же там бесконечно и надрывно стонет. Нашим предкам выпала доля жить в страшное, переломное время – именно переломное, от слова «ломать», поэтому памятник посвящен всем безвинно погибшим честным и чистым людям. Помню, как губернатор Олег Иванович Бетин сказал тогда, на открытии памятника, что на земле должен работать крестьянин. Не уродовать, превращать землю в свалку, а пахать и кормить Россию. Думаю, эти слова до сих пор актуальны.





Возврат к списку