Туристический тамбов
ГОСТЬ НА ЛИНИИ
Михаил Семёнов 25.05.2015

Михаил Семёнов

Пять лет назад по инициативе группы энтузиастов было создано «Тамбовское общество любителей краеведения» (ТОЛК). Активисты организации постоянно участвуют в городских и областных мероприятиях, направленных на возрождение культурных и национальных традиций, организуют передвижные выставки, становятся инициаторами конференций, публикуют статьи и книги, выступают в защиту памятников истории и культуры. Кто же такие «любители краеведения», почему и для чего нужно собирать, беречь предметы старины? Об этом читателям рассказывает известный предприниматель, историк, собиратель древностей, путешественник и председатель ТОЛКа Михаил Семёнов.


В этом году Тамбовскому обществу любителей краеведения исполняется пять лет. Расскажите, с какой целью была создана организация.
Михаил СемёновТОЛК – это небольшая, но сплочённая общественная организация, в которую входят не только профессиональные историки, а люди разных профессий, взглядов. Мы, с одной стороны, хотим изучать и как можно больше знать об истории, традициях нашего края, а с другой – готовы вкладывать свой жизненный опыт, силы в сохранение культурного наследия. Интересуясь прошлым, мы, конечно же, изучаем культуру. Только культура в самом широком понимании остается главной ценностью, которая не подвластна времени. В прошлом было немало великих цивилизаций, которые растаяли во времени, не оставив памяти о своих военных и политических лидерах, но навеки сохранили свой след в культуре. Сегодня мы можем бесконечно спорить о политике, о состоянии наших дорог, о бюджете, о предстоящих выборах и так далее. Современная общественная жизнь дает много возможностей, чтобы мы раскололись на группы, партии и выясняли, кто прав. И только культура не может быть фактором разъединения. В период кризисов именно она помогает думающим людям сохранить единство. И это единство выражается в четкости нашей позиции, в желании защитить наше наследие. Это вовсе не значит, что члены организации мыслят одинаково. Более того, ТОЛК объединяет людей, совершенно разных по взглядам. Именно содружество непохожих людей может стать по-настоящему мощной силой, способной многое сделать для популяризации, защиты культуры и ее осмысления.

Кто же такие «любители краеведения», чем они отличаются от «профессионалов»?
Михаил СемёновНа самом деле каждый человек по-своему краевед. С самого детства сознательно или нет мы пытаемся определить себя во времени и пространстве, и особенно в родном, близком нам пространстве. Думаю, большинству из нас интересно знать, как жили, чем занимались когда-то деды и прадеды. Создавая Тамбовское общество любителей краеведения, мы стремились объединить таких увлеченных, неравнодушных и любящих историю людей.

Вы – известный в городе человек и коллекционер. Вспомните, когда и как у Вас родилась тяга к коллекционированию.
Михаил Семёнов: Это был конец семидесятых годов, тогда мне было около десяти лет. Я жил, как принято говорить, в самой обыкновенной советской семье – отец рабочий на химкомбинате, мама учитель математики. В доме по сути не было каких-то особенных «ярких пятен», которые могли бы удовлетворить любознательного подростка. Я не помню точно, возможно, это была какая-то статья или передача о геологах, но что-то такое сподобило меня начать собирать камни. Я стал ходить и всё время смотреть под ноги. В то время только застраивался Октябрьский район Тамбова, все дороги от магазина «Океан» и далее на север только проектировались. Туда завозилось огромное количество качественного булыжника, щебня, среди которого нередко встречались минеральные камни. Уже потом, когда я консультировался у геологов, мне объяснили, что в то время камень привозили составами из карьера, в котором встречался и полевой шпат, и гранит с различными вкраплениями, и даже горный хрусталь. Всем этим многообразием я и заполонил небольшой балкон кооперативной квартиры.

Коллекция камней сохранилась?
Михаил Семёнов: Нет, конечно же. Всё хорошо в свое время. Когда я ушел в армию, отец, разбирая балкон и подвал, выбросил мои камни. Заодно на свалке оказалась и коллекция старинных самоваров. Конечно, это были в основном плохо сохранившиеся самовары, с отбитыми боками, но они украшались царскими медалями, которые ценятся высоко. После коллекции камней я стал собирать спичечные этикетки – в то время это было очень модно. Мы искали коробки по свалкам. Хотя важно пояснить, что в то время свалки были другими – бытовой мусор хранился отдельно от пищевого. Я собирал такие коробки, отпаривал и наклеивал в тетради. Это была очень увлекательная затея, и только потом пришли значки, марки, и еще позже появились новомодные вкладыши от иностранных жвачек. В последующем я перешел на монеты, стал посещать общество коллекционеров, где покупал монеты стран соцлагеря, и мы с ребятами обменивались ими. В то время благодаря коллекционированию среди нас, подростков, сложился своего рода социум, благодаря которому мы расширяли свои знания. У кого-то очень редко встречались иностранные монеты, которые ценились намного выше советских и монет соцлагеря. За них можно было получить целую кучу наших родных медяков и еще в довесок кучу марок. Сейчас, кстати, положение это кардинально изменилось, иностранные монеты, даже серебряные, не стоят и половины хорошего царского полтинника. Но тогда все было иначе. Постепенно мой интерес рос, и я рос вместе со своим интересом. В какой-то момент на долгие годы он был заморожен, отложен в хранилища памяти, где благополучно законсервировался. Это годы окончания школы, поступления и учебы в институте. И только в последующем, когда я пришел из армии, окончил исторический факультет ТГПИ, во мне постепенно вновь начало разгораться это увлечение. И, что самое интересное, моя сегодняшняя коллекция монет берет начало с тех самых далеких восьмидесятых годов. Это, может быть, не самое интересное в моей коллекции, но сегодня я показываю те монеты родителям и напоминаю, что тогда я купил их за копейки, а сейчас они стоят хороших денег, в то время как все накопления советских людей моментально обесценились после «черного вторника» и других кризисных явлений девяностых годов. Так что историческая ценность в буквальном смысле остается ценностью непреходящей, вечной, даже если она не воплощена в золоте или серебре, а просто в хорошей монете из далеких времен. После, когда я жил только работой, страсть к коллекционированию не могла проявить себя - бизнес поглощал как минимум девяносто процентов всего моего времени. И только после десяти лет напряженной жизни в таком ритме я стал создавать хорошие коллекции – колокольчиков, древней пластики, финно-угорских древностей, пуговиц, игрушек, керамических сосудов, дореволюционных открыток, средневековых вещей булгарского производства, кирпичей тамбовских производителей и многого другого.

Сегодня о Вашем собрании древностей могут узнать многие, посетив постоянно действующие выставки ТОЛК в областном краеведческом музее, в усадьбе Асеевых, в Тамбовской областной Думе, в администрации города Тамбова, а также в гостинице «Славянская», салоне «Мицубиши» и в гипермаркете «Улей». Но вопрос об ином, грустном – нередко бывает так, что потомки распродают великолепные коллекции своих родителей. Как Вы думаете, почему это происходит? Как сохранить наследие?
Михаил Семёнов: В свое время великий русский филолог Юрий Лотман сказал, что культура – это избыточность. В этом я с ним полностью согласен. Когда у человека существует внутренняя недостаточность, он считает, что всё решается деньгами, решается быстро и эффективно. Такому человеку постоянно нужны только деньги. И ради них идут под нож коллекции отцов и дедов, распродается старина, долгие годы хранившаяся в доме. Такие люди не могут увидеть сути вещи, понять пройденный этой вещью путь: откуда она попала в дом, с кем она бытовала, какие мысли, радости привнесла в прошлом. Люди же смотрят на старинную вещь только как на предмет, который можно продать, на этом их горизонты заканчиваются.





Теперь я понимаю, почему в самом начале разговора о миссии Тамбовского общества любителей краеведения Вы сказали о значении культуры. Вы считаете, что сегодня это серьезная проблема?
Михаил Семёнов: То, о чем мы говорим и что наблюдаем, реалии не только сегодняшнего времени. В общем-то, так было всегда. В свое время Валерий Николаевич Коваль, когда мы в девяностые годы обсуждали с ним положение дел в обществе, «крушение империи», неразбериху, дефицит продуктов, он сказал – какой же это кризис! У нас на площади Ленина всё хорошо, стоит памятник, территорию вокруг метут и убирают, в то же время, когда варвары захватили Рим, на городских форумах рушили статуи и на их месте сеяли пшеницу. Вот что такое варварство. Мне жалко людей, которые относятся равнодушно к той старине, которая хранится в их семье. Я убежден, что они точно также относятся к окружающей природе, к городу, к старому Тамбову. Такие люди, даже получив образование, остаются глухими к всему тому, что с точки зрения культурного человека надо любить, хранить и беречь.

Вы сказали о старом Тамбове, сегодня эта тема одна из самых обсуждаемых. С Вашей точки зрения, дома в исторической части города нужно сохранить?
Михаил СемёновИногда маленький невзрачный домик, в котором жила одна или несколько семей, может рассказать намного больше, чем огромная девятиэтажка. В этом домике была и жизнь, и трагедии, свои радости, и это – наша история. Безжалостно и без разбора сносить старинные дома для того, чтобы строить современные высотные дома – это тоже самое, что разрушать памятники ради пшеницы. Всё это – трагедия выхолащивания ценностей, когда сквозняк выносит тепло из дома, выносит суть, смыслы, исторические корни. Человек, который не относится бережно к вещам в своем доме, никогда не будет относиться бережно и к тому, что вокруг него. Пустой человек оставляет после себя пустое место. Ведь раньше, когда хотели сглазить, так и говорили: чтобы пусто тебе было! Пустота и есть тот самый сглаз, мы получили его в результате исторических невзгод, которые пережила Россия, и на это сегодня нужно обращать внимание. Поэтому смысл коллекционирования не в стяжании каких-то вещей. Если не интересоваться их прошлым, не показывать и не рассказывать о них другим людям – эти вещи тоже останутся пустыми. Образно говоря, когда ты начинаешь говорить с камнями, камни отвечают тебе. Они рассказывают о том, что было, кто их собирал и кто их разбрасывал, они приносят мысли, помогают понять современность. Вот в чем смысл коллекционирования – в сохранении и передаче исторической информации, которая исходит от вещей. Это своеобразные нарезки смыслов, которые нужно уловить и осознать. Когда я беру в руки какую-нибудь ценную историческую вещь, моя первая мысль: «Я хочу с ней жить!» В буквальном смысле хочу жить, видеть, и чтобы она во мне что-то меняла. Такие предметы насыщают жизнь, и ты сам становишься богаче. Не богаче в материальном смысле из-за того, что у тебя хранится старина, а потому, что ты можешь с ней общаться. Главное в коллекциях – это сохранить предметы древности и познакомить с ними самые широкие круги людей.
И помочь другим стать богаче духовно…
Михаил Семёнов Да, но, кстати говоря, богат не тот, кто посетил много музеев, а тот, кто выходит из музея с улыбкой, с горящими глазами и переживает всё то, что он увидел, что «прочитал» от старинных вещей. Так и возникает потребность бывать в музеях. Жаль, что она сегодня есть только у небольшого числа людей, но я уверен, что ситуация будет меняться. Богатство общества тоже определяется культурой. Кстати, существует статистика, что количество коллекционеров прямо пропорционально богатству общества. Недаром коллекционеров много в таких развитых странах, как Германия, США, Англия и Франция. Я уверен, что наша страна обязательно должна быть в этом списке.
Беседовал Сергей Доровских.

Возврат к списку