ГОСТЬ НА ЛИНИИ
Дмитрий Сельцер 13.09.2016

Дмитрий Сельцер

18 сентября пройдет Единый день голосования. Нам предстоит выбрать депутатов Государственной и областной Думы. Насколько предсказуемы результаты? Влияет ли кризис в экономике на взгляды людей? Есть ли шанс у либеральных сил занять место в Госдуме? Современного избирателя сложнее убедить, «зацепить», чем раньше? Эти и другие вопросы мы адресуем доктору политических наук, профессору Дмитрию Сельцеру.

– Дмитрий Григорьевич, Как Вы оцениваете ход предвыборной кампании в Государственную Думу этого года? В чем ее особенности и отличия от предыдущих?
Внешне – выборы как выборы. Проходят в точном соотнесении со своим политическим временем, историческим контекстом. Вместе с тем, есть, по крайней мере, два исключительно важных обстоятельства – обострение конфликтов, а следом – внутри- и межэлитной конкуренции. В области совсем недавно сменился губернатор, и борьба за перераспределяющиеся ресурсы – административные, партийные, экономические и иные – неминуемо привела к противоборствам, конфликтам и обострению внутренней элитной конкуренции – внутри правящего класса. Тот, кто знает, понимает, о чем я говорю. Обострилась и борьба за власть со стороны внеэлитных (в политическом смысле, разумеется) частей общества. Но так уже было в нашей постсоветской истории, и внешне нынешняя кампания в сравнении с предыдущими не выглядит аномалией. Единственно я бы все-таки назвал новеллой, добавляющей интригу, строгие окрики в сторону регионов, исходящие от Центризбиркома.

–   Есть ли реальная конкуренция на выборах в гос- и областную думы или итоги в принципе уже можно предсказать?
– Конкуренция есть, конечно. Она была и есть всё последнее время. Конкуренция, во-первых, за возможность попасть в список «Единой России» на проходные места и избираться от этой партии в качестве одномандатника; и эта конкуренция – самая настоящая. Во-вторых, конкуренция возникла как межпартийное противостояние. Оживилась деятельность разных политических партий, и этот факт тоже нельзя не принимать во внимание. В-третьих, острота ситуации связана и с объективными сложностями в экономике, социальной сфере, что создаёт ощутимые сложности государству. Отношения между государством и обществом в России во все времена носили характер опеки. Когда у государства иссякали возможности помогать, ему было сложно договариваться с обществом. Нечто похожее мы и наблюдаем сегодня.

– Как Вы считаете, тамбовский избиратель в связи с кризисными явлениями и другими реалиями современности «полевел» или стал более «консервативен»? Наблюдаются ли какие-либо общие тенденции в настроениях электората?
– Я не знаю объективных социологических данных на этот счёт. Оттого выскажу своё мнение. Тамбовский избиратель всегда голосовал за ресурсы, за сильное государство. Тамбовский житель – большой сторонник сильного государства. В области нет собственных ресурсов для развития, и все преференции регион получает от государства. Сейчас средств явно недостаточно, и поведение избирателя может корректироваться. В какую сторону и насколько? Не думаю, что люди будут голосовать за какие-то новые силы. Скорее всего, их интересы будут конфигурироваться вокруг старых политических игроков. Какого-то большого полевения я не ожидаю. А что такое «консервативен» применительно к современной России? Какие силы отражают консервативный запрос? В нашей ситуации – это «Единая Россия», набирающая здесь очень много. То есть, уровень консерватизма у нас и так высок вслед за большими ожиданиями от социальной политики государства.

–  Есть ли реальная конкуренция программ? Предлагаются ли кандидаты и партии интересные идеи, или большинство предложений – в основном обещания без продуманной стратегии действий?
–  Партийная программатика – это в классике политической науки всегда главное на выборах. Когда программатика подменяется эклектическими технологическими приемами, это всегда плохо. Вместе с тем, в реальной политике продуманных программ, стратегий всегда мало. Больше технологий, специальных средств по «короткому» воздействию на голосующих. «Длинными» целями, как правило, сейчас никто не увлекается. Все решают сиюминутные задачи и средства.


– На Ваш взгляд, многопартийность в нашей стране – миф, или реальность? В Тамбовской области есть отделения большинства общероссийский партий, однако заявляются на выборы единицы. Но ведь главная цель любой партии – борьба за власть. Как это объяснить?
– Термин «многопартийность» не очень приветствуется политологами, исследующими реальности политики. Мы ведь изучаем не столько то, как должно быть, а то, как есть на самом деле. Поскольку то, как должно быть, это некая эфемерная обертка, призрак. Следует изучать и оценивать «живые» партийные системы во всей совокупности их характеристик и реальных дел. В мире партийные системы всегда разные. Разнится количество партий, составляющих партийные системы. У нас их сейчас внешне много, но где они в реальной жизни? Где их активисты? Где их лидеры? С какими программами, наконец, они могли бы пойти к людям? На последний вопрос ответ мной уже дан. Ну откуда при такой системе может быть широкое участие партий в выборах? Российскую партийную систему нельзя назвать ни слабой, ни сильной. Она такая, какая есть. Со всеми её достоинствами и невыразительностью.

– В России партии либерального направления уже не первый созыв не могут попасть в Государственную Думу. Как Вы думаете, либеральные силы смогут преодолеть кризис? В чем Вы видите причину их непопулярности?
Для меня трагедия современного российского либерализма – повод для больших огорчений. В свое время я симпатизировал «ЯБЛОКУ», СПС. По разным причинам затем эти симпатии утратил. Но в любом случае идеи свободы, чувства собственного достоинства – не проходящие идеи. Они – из разряда высших смыслов существования человека. Будут меняться эпохи и правители, а эти смыслы всегда будут иметь свою ценность и, скажу, цену тоже. Цену в том смысле, что не каждое государство способно её заплатить за достижение такого будущего. В 1990-е гг. в России либеральные идеи были дискредитированы, поскольку экономические реалии явили такой уровень эгоизма, алчности и стяжательства, что, видимо, не скоро будут массово популярны. Еще бы чуть-чуть, и в людей, отчего-то называвших себя либералами во власти, начали бы стрелять.
И ещё надо помнить вот о чём: за любым тоталитарным режимом всегда последует относительно либеральный. Общество естественным образом пересматривает стратегии жизни, меняет пристрастия. Сейчас же люди, в публичном пространстве, произносящие слово «либераст», для меня сродни невеждам, жгущим в состоянии безумия и фанатизма книги гениев. Но я отношусь к происходящему снисходительно спокойно, поскольку понимаю логику течения исторического времени, и потому ещё, что либеральные ценности сейчас артикулирует часть «Единой России», верхушка политического класса. Очень часто в этой логике выступают и Владимир Путин, и Дмитрий Медведев. Они же понимают, что на основах тоталитаризма развитие невозможно. Покажите мне страну, добившуюся успеха на базе подавления человека! Таких стран в более-менее современной истории нет. О Китае не говорите! Я серьёзно изучал политическую систему Китая, трижды там бывал, проехал страну с юга на север. Уверяю вас: это не тот случай. Уровень низовой демократии там очень высок.

– Как Вы считаете, какие технологии политической борьбы на выборах сейчас наиболее эффективны? Устаревает ли «листовочная война», возрастает ли роль интернета? Современного избирателя сложнее убедить, «зацепить», чем раньше?
  Интернет никогда не был абсолютно свободной площадкой. В любом случае есть специальные службы, призванные отслеживать, что происходит в интернете. Знаю, что они этим занимаются. Соответствующее законодательство регулирует правила поведения во всемирной паутине. Интернет в строгом смысле должен быть местом, где разумные люди общаются с себе подобными. И регулировать эти отношения должен только закон. Причём тут выборы? И в предвыборный период, и в период, свободный от выборов, интернет, как в обычной жизни, должен аккумулировать всё лучшее, что создаёт человек. Улыбаетесь? Я – тоже. Жизнь гораздо сложнее благих пожеланий.

Беседовал Сергей Доровских


Возврат к списку